История жительницы Бориспольского района кажется невероятной. Из-за взятого более десятилетия назад кредита в 3,1 тыс. грн. Ольга Фарбей с мужем и несовершенной дочерью практически лишились крыши над головой. Они продолжают жить в своей квартире, но в любой момент рискуют оказаться на улице.

Как небольшой долг дорос до стоимости 3-комнатной квартиры под Киевом и есть ли выход из ситуации, разбирались «Факты».

Выручила знакомого

Кредит для приобретения мобильника Ольга Фарбей брала по просьбе знакомого. Не имевший официального места работы мужчина получил отказ в банке. Тогда он  попросил женщину оформить заем на себя, а он якобы будет погашать  задолженность.

«Сейчас корю себя за то, что согласилась взять кредит на свое имя. Но тогда я ему поверила. Да и сумма кредита была небольшая. Выплачивает ли он кредит, не проверяла. Это было еще одной моей ошибкой. Но я думала, что он не станет обманывать. К тому же обычно из банка начинают звонить при малейшей задолженности. А я указывала в договоре свое место работы и номер телефона, который с тех пор не меняла. Так как из банка ни разу не позвонили, я и думать забыла о том кредите. Была уверена, что знакомый давно все выплатил», - рассказывает Ольга.

Лишь через 10 лет ей напомнили о финансовых обязательствах звонком из исполнительной службы. Ее попросили назвать банковские реквизиты для перечисления оставшиеся от продажи квартиры средств…

«Я решила, что это какая-то ошибка. Как кто-то мог продать мое жилье? Но ответа на свои вопросы не получила. А когда лично приехала в исполнительную службу, там сказали, что мою квартиру продали за долги перед банком», - вспоминает женщина.

Информирование постфактум

Сотрудники исполнительной службы предоставили Фарбей решение Печерского райсуда Киева от 2014 года, согласно которому ей следовало выплатить «Приватбанку» свыше 39 тыс. грн. Суд проходил без присутствия ответчицы, поэтому лишь из решения суда она узнала, что знакомый не внес ни единого платежа по кредиту. Когда сумма достигла 40 тысяч, банк подал на злостную неплательщицу в суд. Примечательно, что в решении райсуда значилось, что истица «была надлежащим образом проинформирована» о долгах перед банком и судебных заседаниях.

Ольга отмечает, что ей ни разу не звонили сотрудники банка или приставы. Позже выяснилось, что несколько повесток из суда все же поступали. Но они приходили по адресу прописки на квартиру матери в Печерском районе Киева, где женщина не живет с 1998 года. Почту забирать было некому, поскольку мать наведывается домой лишь несколько раз в году.

«Вместо того чтобы хоть раз мне позвонить (я ведь не меняла номер телефона), банк подал иск, и Печерский райсуд Киева обязал меня выплатить задолженность. Когда решение суда вступило в законную силу, его получили сотрудники исполнительной службы. И они тоже даже не попытались меня найти! Исполнители продали мою квартиру на электронных торгах. Все это происходило без моего ведома и без ведома мужа, который там прописан. В исполнительной службе признают, что письма, которые они мне отправляли, возвращались. Но это, оказывается, не имело для них значения. А когда квартира уже была продана, исполнители неожиданно нашли мой номер телефона и позвонили, чтобы узнать банковские реквизиты», - недоумевает женщина.

Таинственный оценщик

Есть в истории и другой непонятный момент. Для продажи квартиры необходимо провести ее оценку. В документах значится, что недвижимость оценена в 800 тыс. грн., хотя реальная цена «трешки» - до миллиона. При этом Фарбей утверждает, что оценщик не приходил по их адресу.

Она не понимает, каким образом исполнитель мог составить акт. Судя по бумагам, он якобы разговаривал с квартирантом по имени Андрей. Однако семья безвыездно проживала в этом доме, и никто не видел никакого оценщика.

Ольга обратилась за разъяснениями в «Приватбанк», но сотрудники сказали, что банк уже не имеет отношения к данной ситуации, все вопросы относительно продажи квартиры следует адресовать исполнительной службе. Судебные приставы в свою очередь заявляют о законности своих действий.

По словам и.о. руководителя Бориспольского горрайотдела госисполнительной службы Андрея Подольского, соответствующие письма отправлялись должнице, но возвращались обратно. Неизвестно, по какой причине адресат не получала их, но со стороны ведомства никаких нарушений не было.

Позиция адвоката

У юристов иное мнение: они указывают на явные нарушения. Представитель Фарбей в суде Александр Савчук считает, что приставы даже не пытались разыскать Ольгу, чтобы уведомить о происходящем. И это притом что она постоянно жила в квартире, которую они выставили на торги.

«Совершенно непонятна и ситуация с оценщиком. Как он мог попасть в квартиру, если ни Ольга, ни члены ее семьи его не видели? Кроме того, в квартире есть мебель, бытовая техника, сумма от продажи которых могла бы покрыть задолженность перед банком. Исполнители же за долг в размере 39 тысяч гривен продали квартиру, которая стоит около миллиона», - поясняет адвокат.

Как только недвижимость выставили на продажу – на нее моментально нашелся покупатель. Он никогда не был в этой квартире и не мог видеть, что приобретает. Но имеются фирмы, которые, невзирая на риски, скупают квартиры для дальнейшей сдачи в аренду, говорит Савчук. Ольга подтверждает: это именно такой случай.

«Квартира теперь принадлежит предпринимателю, занимающемуся скупкой имущества на электронных торгах. Некоторые фирмы отслеживают такую недвижимость еще на этапе судебного рассмотрения. И если должник систематически не является в суд (как было в моем случае), его жилье берут на заметку. А как только квартиру выставляют на торги, эти люди тут же ее покупают. Им для этого даже не нужно заходить в квартиру и что-то смотреть. Скорее всего, у таких фирм с исполнительной службой свои договоренности. Ведь если бы мою квартиру решил выкупить обычный человек, он явно захотел бы хоть раз на нее посмотреть. А у представителей банка, где она находилась на ответственном хранении, даже не было ключей», - констатирует женщина.

«Заманчивое» предложение

Спустя короткое время после звонка сотрудницы исполнительной службы, рано утром к Ольге заявились «представители нового владельца квартиры». Именно так они назвались и вели себя довольно нагло – хамили и долго стучали в дверь.

«Я вызвала полицию. Полицейские посоветовали не пускать их и решать вопрос в суде. Потом представитель покупателя сам вышел на связь. Позвонил и предложил… арендовать мою же квартиру. Сказал: «Исправно платите аренду и живите», - вспоминает хозяйка.

Борьба за жилплощадь

В итоге Ольга Фарбей подала заявление о пересмотре дела на основании того, что не была информирована о происходящем. По словам адвоката, Печерский райсуд ими уже выигран.

«Мы доказали, что Ольга не знала о проходивших в ее отсутствие судебных заседаниях, и подали заявление о применении срока исковой давности. Ведь с того момента, как стало известно, что она не выплачивает кредит, прошло больше десяти лет. А срок исковой давности три года. Суд наш иск удовлетворил и отказал «ПриватБанку» во взыскании с Ольги задолженности», - поясняет Александр Савчук.

Также пострадавшая подала иски:

  • о признании недействительными электронных торгов;
  • об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Однако Бориспольский райсуд отказал признавать торги недействительными.

«Заочное решение, по которому с Ольги Фарбей взыскивался долг, вступило в законную силу 11 октября 2014 года и действовало до 30 июня 2017 года. Электронные торги по реализации квартиры Фарбей состоялись еще 22 декабря 2016 года. То есть продажа спорной квартиры состоялась в тот период времени, когда заочное решение суда имело законную силу», - такая аргументация содержится в судебном решении.

По мнению адвоката, на момент торгов решение Печерского райсуда было действительным (взыскание задолженности с его клиентки отменили позже). Следовательно, судья решил, что и торги являются законными.

«Формально, возможно, так оно и было — процедура проходила в соответствии с нормами законодательства. Если бы Ольга знала о действиях исполнительной службы, она могла бы вовремя обжаловать проходившую при непонятных обстоятельствах оценку имущества и другие действия исполнителей. Но она об этом не знала и в предусмотренные законом сроки ничего не обжаловала», - отмечает Савчук.

Законодательство не предусматривает истребования обратно имущества, проданного в ходе исполнения судебного решения. Но практика Верховного суда показывает: если судебное решение признано незаконным либо отменено – значит,  имущество выбыло из собственности владельца, независимо от его воли. В этом случае оно может быть истребовано.

«Есть несколько примеров подобных судебных решений. Я ссылался на них в иске и надеялся, что Бориспольский райсуд учтет все обстоятельства и примет к сведению практику Верховного суда. Но этого не произошло. Конечно же, мы будем подавать апелляцию», - заверяет защитник.

Предупреждение для других

Сама  Ольга также настроена решительно: если не удастся выиграть апелляцию, она намерена подавать кассацию.

«У меня нет другого выхода. Но я боюсь, что, если решение апелляционного суда будет не в нашу пользу, новый собственник квартиры даст ход делу о выселении нашей семьи — и мы останемся на улице. Нам с мужем и дочкой некуда идти. Рассказываю нашу историю еще и для того, чтобы предупредить других: никогда не соглашайтесь брать за кого-то кредит. И не думайте, что если из банка не звонят и не пишут, то долг не растет: мой случай показал, что на протяжении десяти лет это может происходить без вашего ведома. Точно так же без ведома человека могут продать его квартиру. Я продолжаю бороться, но нервы уже на пределе. Постоянные суды — это не только нервотрепка, но и большие затраты. Одна только подача иска обошлась мне в восемь тысяч гривен. И я не знаю, что будет дальше», - говорит Фарбей.

«Факты» уточняют: по новому процессуальному законодательству подача апелляционной и кассационной жалоб оплачивается судебным сбором, который выльется в значительно большую сумму. При этом оставшихся от продажи «трешки» средств не хватит семейству даже на однокомнатную квартиру под Киевом.

Оцененная в 800 тыс. грн. квартира Ольги была продана всего за 500 тысяч. За вычетом судебных издержек остается не более 400 тысяч. Этих денег с трудом хватит на «однушку» без ремонта в пригороде, сетует женщина.

Сразу после Нового года Ольга Фарбей планирует подать апелляционную жалобу. Журналисты в свою очередь обещают следить за развитием «кредитной истории».

29.12.2018 13:28 · Екатерина Зайцева · специально для «Банковой»
Комментарии к истории
  • Рома Сергиенко, 31 декабря 2022 08:27

    Вполне вероятно для такого банка, неоднократно про него такое слышу. А вот телефон в кредит совсем не понимаю.